Леонора была ровесницей Александра. Ей, как и ему, исполнилось 25 лет. Это была высокая брюнетка с карими глазами. Всё в ней было идеально — начиная от одежды, заканчивая макияжем. Это была женщина с манерами светской дамы. Каждый её жест, каждый взгляд, каждое слово подчёркивали эту принадлежность. Она с умиленным выражением лица принялась обнимать Александра прямо в холле дома. Александр любил Леонору, которую знал почти пять лет. Он с радостью принял её ласки, в свою очередь подарив ей весьма трогательный поцелуй, как выразилась сама Леонора. Рука под руку они прошли в кабинет деда. Там Александра уже ждали. Сам дед, который несмотря на свои 75 лет выглядел весьма бодро и по обыкновению сидел за дубовым столом и покуривал свои любимые сигары. Справа от него расположились отец Александра, полный лысоватый мужчина, и его мачеха, которая держала у глаз платок. Пока мачеха вытирала глаза, притворяясь, что плачет, отец вытирал испарину с лысины. Все трое молча встретили Александра.

Александру очень не понравилось выражение лица деда. Обычно дед смотрел таким образом, когда собирался провернуть очередную операцию, чтобы нарастить свой капитал. Александр решил не тянуть. Усадив Леонору рядом с мачехой, он повернулся к деду.

— Ты и правда отказываешься финансировать покупку «Голд Петролеум»?

— Правда, — невозмутимо отозвался дед.

— В таком случае я как юрист твоей компании сообщаю тебе, дорогой дедушка, что по условию контракта тебе придётся выплатить неустойку в размере 100 миллионов долларов.

— Не мне, а твоему отцу, — поправил Александра дед. Он стряхнул пепел сигары в пепельницу и деловитым тоном продолжил: — Сделка принадлежит ему. Он хотел купить бизнес в Америке. Я не получал от этой сделки ни гроша, следовательно, и отвечать за неё не собираюсь. Пусть платит неустойку.

— Да я же стану нищим, — вскричал со своего места Николай Дудецкий, отец Александра, — ты что, смерти моей хочешь?